ДОНБАСС

Студент из Луганска: Нас взяли в плен 13 июня, это была пятница

0

Студент из Луганска: Нас взяли в плен 13 июня, это была пятница

Евгений Монастырский – луганский студент, который 16 июня 2014 года может считать своим вторым днём рождения. За три дня до этого неподалёку от своего дома его задержали так называемые представители "ЛНР", яко бы из-за нарушения комендантского часа, и отвезли в здание Луганской ОГА. И продержали в течение трёх дней в подвале администрации.

До войны Женя был студентом Луганского национального университета имени Тараса Шевченко.  Занимался наукой, репетиторвствовал, исследовал изменения массового сознания жителей Луганщины в период становления советской власти. Теперь Евгений ищет отражение той эпохи в нынешнем конфликте на востоке. Но уже во Львове и как студент Украинского католического университета.

Арест

- Мы вышли тогда из оккупированной ОГА Луганска. Прошлись по центральной улице, посмотрели так друг на друга и сказали: "Ну что, товарищи. С днем рождения вас всех! Ещё с одним!"

Мы попали в плен, возвращаясь домой. Нас остановили под предлогом, что мы нарушили комендантский час. На самом деле, нарушили мы его минут на десять. А до дома оставалось семь минут пешком. Сепаратисты проверили документы, а затем сказали нам: "Садитесь в машину, пожалуйста". Мы пытались "отмазаться". Говорили, что живем через дорогу и идём домой. На нас наставили автомат, передернули затвор и вежливо повторили: "Пройдите, пожалуйста, будьте добры".

С нами в машине везли алкаша, которого поймали где-то на улице. Они отлавливали всех бушующих алкашей где-то в трущобах города. К счастью, нас отвезли в областную администрацию, а не в СБУ. Там в СБУ, сидели люди определенного уровня деградации, получающие исключительное наслаждение от своей деятельности. Туда попадали мои знакомые за украинский флаг. Я там не был, но был мой товарищ. Потом его выкупили за 60 тысяч долларов, или евро…Часть наших посадили в машину, а меня с другом отправили в багажник. Вот тогда у меня сработало то, что мой учитель ДПЮ (допризывная юношеская подготовка - ред.) называл "реле". Я тут же достал телефон и стал удалять всё, что у меня было связано с луганским Майданом.

Нас взяли в плен 13 июня, это была пятница. Единственный раз в жизни, когда всё так неудачно совпало. А ещё, это был вечер, когда сбили ИЛ-76 над луганским аэропортом. Мы узнали об этом по радостным лицам новороссов. Ещё были гротескный дед, лет семидесяти, который узнав, что мы студенты, показывал нам автомат и говорил, что это настоящий университет.До псевдореферендума и активных боевых действий в Луганске в двухстах метрах от оккупированной СБУ в центральной гостинице бурлила очень интересная жизнь. В ней  останавливались журналисты. Например, Саймон Островский (журналист Vice News – ред.) был первым человеком, который еще в апреле сказал, что у нас идет война. На что мы, пожав плечами, заявили: "Вот в Славянске – да, идет война. А у нас кучка каких-то полубомжеватых людей сидит под СБУ. Какая война?" А от тогда ответил: "Я видел немало войн. И у вас всё только начинается".

Когда нас привели в захваченную ОГА, по нам несколько раз профилактически приложились прикладами по спине и по ногам. И пару раз пошлепали по нам оголенными проводами. Развели по отдельным помещениям. Держали в подвале. Не было понятно, сколько времени проходит. Пить иногда давали. Предлагали какую-то "мивину" и сигареты, но есть не хотелось. Хотелось курить.

Провокационных вопросов не задавали. Когда что-то находили  сразу спрашивали конкретно. На удивление, не проверили телефон товарища, который был десятником майданной сотни.Было несколько кругов допросов. Одиночных и коллективных. Перебирание того всего, что находится в телефоне. Мне удалось всё удалить. Но были мейлы из Йеля и Центра городской истории Львова. Много переписок на английском их насторожило. А ещё, было приложение Украинской правды на телефоне. Тут я отмазался, сказав, что я историк и в принципе вынужден читать разные источники.

Сепаратисты пытались соблюсти момент квази-законности. Существовала опись допроса, изъятого имущества, вплоть до количества денег в кошельке. А в конце описи просили подписать, что я претензий к ним не имею (смеётся).

Он поставил.

– Ну, знаете ли,… выбор был невелик. Кстати! На удивление, когда всё закончилось, ни копейки денег не пропало. В кошельке было 700 гривен наличкой.

Подполье и переезд

- После освобождения из плена большинство моих друзей отправились в  основном в Киев и Одессу. А я поехал на конференцию в Днепропетровск. Затем должен был ехать во Львов на стажировку в Центр городской истории – не сложилось. И я остался в Луганске, присоединился к подполью. Сначала это имело вид манипуляций массовым сознанием – листовки, провокации, выходы в народ. Раздавали, когда образовывались  многочасовые очереди за хлебом.

Потом это политическое подполье превратилось в партизанское движение. Занимались разведкой для батальонов  "Айдар", "Луганск 1", которые стояли неподалёку от Луганска. Помогали вытравить сепаратистов из города.

24 августа Луганск должен был быть освобождён. Но в ночь с 22 на 23 августа вошли российские войска и начала работать артиллерия. Партизанское движение тут же накрылось, мы начали заниматься гуманитарной помощью. С 3 августа до середины сентября в городе не было воды и электричества. Не было связи – ни телефонной, ни интернета. Мы искали источники воды и рассказывали о них. Банальная, минимальная - но помощь. В конце сентября в городе уже появился свет и вода. Тогда я и начал искать возможность уехать из города.

На конференции в Днепропетровске Женя встретился с историком Ярославом Грицаком.

- Думаю, тогда меня он и заметил. Вскоре вышел закон о программах лояльности для студентов с оккупированных территорий. Плюс ко всему, оказалось, что Грицак читал мои статьи. В три дня на словах было решено, что для меня есть место в Украинском католическом университете. Через пару недель этот вопрос был подтвержден документами.

И тут всё перевернулась. Мой научный потенциал был спасен. Я продолжил заниматься наукой, и одновременно попал под крыло Ярослава Грицака и социолога Оксаны Михеевойпереселенки, ранее работавшей в Донецком национальном университете.

"КварталА"

- Съездить в Луганск хочется. У меня из-за рода моей деятельности есть некоторые эмоциональные привязки к индустриальному городу. Это определенный стиль жизни "Все буде Донбас!". Для меня до сих пор сложно привыкнуть, не только к определенному ритму Львова, но и к рамке безответственности. Ведь кредо Львова – festina lente (спешите неторопливо – прим. автора).  Возможность погрешить временем.

Я во Львове не вижу практически никаких совпадений с домом, какие-то банальные контуры – да, но по наполнению абсолютно другое. Я лучше поеду на Оболонь в Киев. Или же в Одессу на Поскот (Посёлок Котовского – крупнейший по численности населения жилой массив  в Одессе – авт.). Там смотришь в окно и понимаешь, что будто бы никуда и не выезжал. Как будто бы у нас в Луганске, на восточных кварталАх. Кстати, нигде кроме Луганска не говорят "кварталА". Как только слышишь "кварталА", сразу думаешь – свои. Человек может быть доктором филологических наук и говорить "кварталА".

Климат во Львове не тот, – ни зимы, ни лета. Когда я приехал в конце июня в Днепропетровск, было шесть утра, я шел пешком по проспекту Карла Маркса, и был момент, когда я просто впал в ступор. Остановился, поставил сумку и минут пять вылавливал момент, потому что пахнет акациями, тополями, и жарко с самого утра.  Это ощущения степи, этот климат – и есть дом родной.


Возвращение

В Луганске у Жени остались мама, бабушки, пару друзей, у которых не вышло нигде "зацепиться". Есть одноклассник, который доблестно служит в Новороссии, несмотря на то, что его отца убили "бэтменовцы" (приверженцы идеи создания Луганской народной республики, которые воевали под руководством боевика по кличке "Бэтмен" –авт.).

- Я знаю точно, что мой отец вернется в Луганск, как только всё это закончится. Для меня, если даже и будет место дома, то я его не хочу.

Для меня единственная ценность в жизни – это самореализация. Хочу чтобы моя семья была в безопасности, и я мог к ним поехать в любой момент вечерним поездом. Причём когда захочется, а не когда будет возможность. У меня есть теория, что можно считать, что все закончилось, когда поедет поезд в Луганск.

Луганск вернется в состав Украины в любом случае. Я уже со многими поспорил, что до конца этого года туда пустят поезд.

 Источник:
INSIDER  

ФОТО автора  

Информация по темам: студент, сопротивление, Луганск

Новости партнеров

Loading...

Последние новости

14:00

В результате обстрелов повреждены дома жителей Зайцево и Гранитного

12:38

Недоработка Кабмина привела к абсурдной ситуации на КПВВ

12:02

Полиция расследует ЧП на складе боеприпасов как умышленное уничтожение имущества

11:36

В Донецке прогремел взрыв. Покушались на «министра»

11:10

На Донетчине вблизи поселка загорелся склад боеприпасов. Обошлось без эвакуации (ФОТО, ВИДЕО)

Архив

donbass.comments.ua

block2

donbass.comments.ua
Загрузка...

Партнеры портала

Price.ua - сервис сравнения цен в Украине

   © «Комментарии:», 2014

Система Orphus